Я никогда не забуду простые слова, сказанные мне в детстве отцом. "Забор, - сказал он мне, - карандаш, пони, кровать".
Что касается детей, надеюсь, у меня будут два сына-близнеца. Их будут звать Эльмир и Рустэм, и мама еще долго будет ворчать, почему у её ненаглядных русских внуков татарские имена. Я, конечно, буду всячески отпираться, показывать на свою физиономию и громко вопрошать в потолок, чего тут русского, и говорить, что как Сергей Сергеевич просто обязан был проявить больше фантазии при выборе имен своим чадам.

От меня они унаследуют рост, широкие плечи и скулы, от жены им достанется красота и глаза какого-нибудь сумасшедшего цвета; в сочетании это будет, конечно, запрещенное всеми конвенциями оружие. Я еще долго не смогу привыкнуть, что у меня есть дети, и буду пытаться разговаривать с ними, как со взрослыми; когда они будут выводить меня из себя какими-нибудь серьезными шалостями, я буду повышать голос на тон, и рычать: "Эльмир Сергеевич! Рустэм Сергеевич!". Но наверное, это будет максимум громкости, которую я буду позволять себе при детях - плохим полицейским в семье будет жена, и при взбучках я просто буду стоять рядом с байроническим лицом и авторитетно подтверждать, что да, поджигать ковёр в гостиной далеко не так забавно, как может показаться на первый взгляд.

Они будут ссориться и драться по пятнадцать часов в сутки, но как только одному из братьев начнет угрожать хотя бы минимальная опасность, второй тут же окажется с ним рядом спина к спине, и любой обидчик будет знать, что связываться с любым из Лачиновых стоит только в том случае, если он всерьез планирует одолеть обоих.

Я, разумеется, буду обожать их с реактивной силой - читать им лучшие из сказок и историй, на которых рос сам; наверняка даже буду придумывать для них собственные книжные вселенные. Буду рассказывать про Маскарад и Грёзу, чтобы они с детства учились видеть даже в обыденном мире и в обычных людях что-то сумасшедшее и волшебное. Буду петь им на ночь под гитару, чего никогда не делал мой собственный отец - но точно не русский рок; для него, наверное, будет слишком рано. Скорей уж мелодичный, безыскусный, пафосный немного фолк - про драконов и рыцарей, хитрых крестьян и глупых царей, про моря, дороги и дом. Может быть даже разрешу завести собаку, лопоухого бассетхаунда с вселенской грустью в глазах, который станет главным действующим лицом всех игр и будет их безропотно сносить, или огромного, невозмутимого, статного дога, этакого породистого дворецкого при богатых наследниках - вообщем, кого-нибудь, кто научил бы близнецов ответственности и заботе о других существах.

Внутри они будут разные настолько же, сколько похожие снаружи - Эл вырастет улыбчивым рубахой-парнем и душой компании, будет заниматься плаваньем и капоэйра, затребует у меня собственную гитару и составит список из пятидесяти стран, где обязательно когда-нибудь побывает. Но при всей кажущейся простоте Эл будет чертовски мудрый, и лучше многих будет видеть вещи такими, какие они есть на самом деле. Руст обзаведется ироничным изгибом бровей, хитрым прищуром и неопределенной ухмылкой, просчетом своих и чужих действий на несколько ходов вперед, будет обожать историю и математику, выучит какой-нибудь мертвый язык и научится укладывать любого обидчика пятью-шестью словами, это будет необыкновенно хитрая зараза; и к восемнадцати годам не будет большей погибели для девушек, чем эти двое.

И еще я уверен, что им обоим будет хватать внутренней самодостаточности, чтобы гордиться своей похожестью и не стремиться к внешней индивидуальности - наоборот, они, как любые близнецы, будут использовать свою схожесть в собственных целях и просто для розыгрыша окружающих. Может быть, даже, они решат сделать себе какие-нибудь почти одинаковые татуировки, например, с драконами, смотрящими в разную сторону - и у меня, конечно, не будет ни единого варианта им отказать.

@музыка: Пилот - Питер

@темы: шаманья книга